ЗНАКИ НА ЛИНИИ ГОЛОВЫ

Список разделов В.В.Финогеев - архив статей Линия Головы

Описание: Статьи связанные с линией Головы.

#1 Admin » 08.12.2014, 19:49

Мужской разговор

Шел 1952 год. Мы с мужем двигались в направлении острова Кунашир, что в гряде Южных Курил. По правде говоря, я ехала туда с большой неохотой и даже со страхом. Попасть после Свердловска Бог знает куда, на край земли — все во мне этому противилось. Мое воображение рисовало мрачное унылое существование среди серых камней и холодного океана.
Погода стояла серая, но когда мы подплывали к острову, небо вдруг расчистилось и ослепительно засияло солнце. Мгновенно преобразился океан. Темная масса сопок сделалась изумрудной, а каменные разломы засверкали как алмазы. Дух захватило перед величественной панорамой острова. Я ступила на берег и ощутила необыкновенный запах — смесь морского солоноватого воздуха с ароматами экзотических растений. Почудилось, что нахожусь на другой планете. Я наклонялась к травинкам, брала в руки камни.
Нас поселили в крошечной комнатке небольшого японского домика, где уже жили три семьи. До нас здесь проживали японцы. Они разводили
черно-бурых лис и кормили их крысами. После войны остров отошел к нам. Ушли японцы — исчезли лисицы, а вот крысы остались. Их расплодилось великое множество, жили они на чердаках, в стенах японских домиков. И вот— прошло несколько месяцев нашей новой жизни— попался мне на глаза хорошенький котенок. Притащила я его домой, дала поесть. Кошки были редкостью на острове. Муж, однако, с мрачным видом наклонился к котенку и сказал, грозя пальцем: «Крысы тебя сожрут». И так повторялось каждый день: как увидит — так пугает крысами. Прошел месяц или два, однажды ночью мы просыпаемся от страшного шума. Стены и потолок сотрясаются от крысиной беготни, кругом возня и гвалт, невообразимый крысиный писк. Мы вскакиваем, зажигаем свет и замираем посреди комнаты: из какого-то угла появляется наш котенок и тащит в зубах крысиный хвост. Не останавливаясь, шествует мимо меня, подходит к мужу и кладет крысиный хвост к его ногам. Поднимает головку, смотрит на него своими чистыми глазками и стучит несколько раз правой лапой об пол. У меня прямо дыхание остановилось. Муж потрепал его по загривку. «Вот стервец», — только и смог сказать. У меня даже слезы на глаза навернулись.
Наутро говорю мужу: как тебе котенок нос-то утер, он ведь все понимал.
С тех пор муж свою любимую фразу больше ни разу не произносил. А крысы от нас в ту же ночь ушли, и больше их не было».
1.jpg
1.jpg (86.88 КБ) Просмотров: 1340

Ранее мы рассматривали знаки треугольников в различных местах ладони и пальцев. Но эти фигуры также появляются и на основных линиях. В частности, в нашем сегодняшнем примере треугольник прирос ко второй горизонтальной линии или, иначе, линии головы (рис. 1—2).
Такая комбинация разворачивает довольно длинный список значений, которые простираются еще и в различные уровни. Так, в плане способностей и качеств треугольник на линии головы показывает, что владелец обладает наблюдательностью, любознательностью, философским складом ума, готовностью менять свои взгляды под воздействием аргументов и фактов. Конечно, способности модифицируются и уточняются прочими характеристиками. Так, на плоской, тонкой и испещренной линиями руке треугольник свидетельствует об интеллигентности, утонченности, любви к природе, способности к озарениям (как раз такие руки у нашей героини). На толстой, мясистой и не изобилующей линиями руке он сообщает о практичности, расчете, материалистической ориентации созидательных усилий. Посмотрим, каковы значения в других уровнях. Обладатель такого признака периодически терпит убытки, теряет деньги, но при этом всегда восстанавливает исходное материальное положение. На интеллигентных руках признак обещает жизнь в загородном доме или большой квартире, не обязательно принадлежащим владельцу знака. В плане отношений: какой-либо родственник данного лица может умереть, не дожив до своего естественного срока РИС. 1 РИС.2 (ранняя смерть отца или матери и т. п.). На уровне безопасности треугольник на линии маркирует ослабленные функции системы самосохранения. Это приводит к тому, что человек время от времени попадает в опасные для жизни ситуации. Однако если нет других нарушений системы самосохранения, то это не влечет за собой серьезных повреждений тела. В плане мировоззрения и духовности такой треугольник интерпретируется как осмысленное и сознательное возвращение к Богу. К концу жизни такой человек часто проникается глубокой верой и старается исполнять религиозные предписания и ритуалы.

Владимир ФИНОГЕЕВ
Суть Истины проста: спасись вначале сам, прежде чем спасать других...
Admin M
Автор темы, Администратор
Аватара
Возраст: 60
Репутация: 7
Сообщения: 711
Темы: 110
Зарегистрирован: 17.08.2014
С нами: 5 лет 3 месяца

#2 АРОН » 28.01.2015, 19:25

О пользе ума

«Все началось с жажды. Постоянное желание пить преследовало меня. Сухость во рту, шершавый язык. Мучила эта постоянная зависимость. До того доходило: шла мимо чапка, где пиво разливали, не могла удержаться, подходила, выпивала кружку, шла дальше. В надежде утолить жажду. Хотя пиво не любила и не люблю. До этого странного состояния произошло событие, которое, как я теперь думаю, ложится в какую-то группу причин, которые могли его вызвать. Я работала технологом в одном закрытом НИИ. Выполняли заказы для оборонной промышленности. В основном делали электроприборы. Был июльский день. Я сидела в своем кабинете. Вокруг высокие стеллажи с документацией. Входит регулировщик в белом халате. Надо сказать, кто такой регулировщик. Можно объяснить так: сборщик собирает, монтажник монтирует, регулировщик доводит до рабочего состояния. Входит этот парень. Под мышкой прибор. Бросает мне: «Марин, я поставлю прибор на прогон?» Я отвечаю: «Конечно». Я работала еще с двумя женщинами. На тот момент они вышли по делам. Я сидела одна. Недалеко от меня был устроен прогоночный стенд. Приборы, которые делались в нашем НИИ, должны были проходить различные испытания. У нас был устроен отсек вибротряски. Было огорожено сеткой небольшое пространство. Там находилась платформа, на которую ставились приборы. Платформа была соединена со специальным оборудованием, которое производило вибрацию. На сетке табличка. На табличке череп с косточками, надпись «Высокое напряжение». У нас был один очень вежливый регулировщик, такой очень правильный. Он, когда приходил, все время говорил-приговаривал: «Внимание, девочки, прогон. Я ставлю приборчик на стенд, закрепляю, нажимаю на кнопочку, выхожу, блокирую дверцу. Девочки, осторожно, три тысячи вольт». Он несколько раз повторял: «Осторожно, девочки, три тысячи вольт». Это врезалось в память. Закопалось в подсознание. Просочилось в спинной мозг. От этого веяло угрозой. Стенд был беспокоящим фактором. Это не осознавалось. Но до поры, как говорят. И эта пора наступила. Входит этот регулировщик радиоаппаратуры. Проходит за ограждение, ставит прибор на чугунную платформу, включает установку. Надо сказать, шум страшный, как от отбойного молотка. Регулировщик выходит, садится рядом с сеткой, сидит. Потом ко мне: «Марин, ты здесь будешь?» — «Да вроде бы». — «Тогда я пойду покурю, а ты посмотришь, лады?» — «Хорошо, иди, посмотрю». Он вышел. Я занимаюсь бумагами. В мою работу входило исправление технической документации. Я поворачиваю голову в сторону стенда, вижу сквозь сетку прибор. Вдруг хлопок — из прибора вырывается пламя, и повалил дым. В ту же секунду мистический ужас охватил меня. Никогда в жизни я так не пугалась. Не могу объяснить ни мотив, ни масштаб страха. Я вскакиваю, бегу к выходу. Ноги ватные. Я в обморочном состоянии... Выход, как нарочно, лежит между сеткой и высоким стеллажом, надо пройти мимо стенда, огороженного сеткой с черепом, пустые глазницы которого ловят мой взгляд. Узкий проход — в метр всего — разделяет нас. Время остановилось. Я силюсь бежать, а будто вклеилась в пространство. В десятки раз все замедлилось. Нога движется как улитка, я внутри рвусь вперед, а тело привинчено к этому проклятому месту, рядом с горящим прибором. Мне казалось, я целый день шла эти четыре метра по проходу между стеллажами. Мой кабинет выходил в цех. Наконец вышла, вернее — выползла. Ощущение: я плоская, серо-зеленая тень. В цеху народ обступил: «Что с тобой, ты чего?» Я глазами, головой киваю назад, заикаясь: мол, там — это, горит. Главный технолог подошла: «Батракова, ты чего такая зеленая?» Не дожидаясь ответа — да и какой ответ я могла дать, — она взмахивает рукой, обращаясь ко всем: «Дайте ей чаю», — уходит. Меня на лавочку усадили, начали обмахивать, чайку притащили. «Ты чего так напугалась? — увещевали меня. — Это ж прибор, а не бомба, чему там взрываться? Там и гореть-то нечему. Чего бояться?» Я сидела — не могла успокоиться. Слава Богу, обошлось без носилок. Вскоре после этого события я начала пить, худеть. Пока сижу на работе, выпиваю трехлитровую банку воды. Все это длилось и длилось, я терпела, не обращалась к врачам. Пока наконец не подскочила температура, и я потеряла сознание. В больнице выяснилось: сахарный диабет. Причем инсулинозависимый. Я должна была колоть инсулин каждый день. Мне было двадцать три года. Внутри как гром грянул — я была потрясена, уничтожена. Как я страдала — не описать, огонь съедал изнутри, я рыдала ночи напролет, ненавидела болезнь и все вокруг, в голове бесконечной лентой одни и те же вопросы. Почему я? Почему со мной? За что? Я душевно не могла жить. Однажды я подошла к окну, мысль черной змеей: перемахнуть через подоконник — и все. Конец всему. Наступил момент какой-то особой ясности, я хладнокровно спросила себя: «Ты действительно этого хочешь?» Я отвечала себе: «Нет». — «Значит, ты хочешь жить? А если так — живи, прими болезнь и живи. Другие живут, выживешь и ты. Живи как нормальный человек. Никто не должен знать, что у тебя диабет. Что такое укол инсулина по сравнению с зеленым трупом, который разлагается в гробу. Пустяки. Любой труп предпочел бы инсулин. Я отбросила прочь нытье и слезы, как срывают и выбрасывают прошлогодние афиши. Я бросилась в жизнь. Я стала совершенно прежней, такой, какой была до болезни, — веселой, юморной, общительной, я вселяю оптимизм в других. Я вышла замуж и родила замечательную девочку. Ее зовут Ксения».
1.jpg
1.jpg (105.99 КБ) Просмотров: 1311

На правой руке нашей героини линия ума расщепляется и одна ветвь следует книзу, образуя повтор линии жизни (рис. 4 , линия жизни — зеленый, нисходящая ветвь линии головы — красный). В традиции несколько трактовок такого рисунка, приведем нужную нам — обладатель сам себе наносит физическую или душевную травму и сам себя спасает. Ход мыслей такого человека определяет его жизнь, его здоровье и душевное равновесие. Дело в том, что линия головы считается линией физиологической воли, смысл этого несколько неясного термина в том, что человек может приказать себе быть здоровым или больным. Но это требует от человека проявить огромную настойчивость. Однако у тех, у кого линия головы образует подобие линии жизни, как в нашем случае, это происходит непроизвольно, под воздействием сильных эмоций. Сначала человек испугался, и это повлияло на физиологию (мы не будем утверждать, что испуг явился основной причиной сахарного диабета), создалась внутренняя ситуация, когда болезнь вышла из-под контроля. Дойдя до предела, этот же человек с помощью своего ума вырвался из удрученного состояния, как бы вновь сформировал линию жизни, но уже в ином, конструктивном виде. Также отметим признаки сахарного диабета, установленные Д.Н. Стояновским, — это вилочки на обеих руках из поля 4 в поле 14 (правая рука, рис. 4, оранжевый, левая рука, рис. 7, красный).

Владимир Финогеев 30.08.2010 г. "7 Дней"
Все вокруг нас и в нас - работа энергий. Энергии образуют все и все, в конечном итоге переходит в энергию.
АРОН
Аватара
Репутация: 11
Сообщения: 770
Темы: 122
Зарегистрирован: 21.08.2014
С нами: 5 лет 3 месяца

#3 Admin » 30.04.2015, 12:15

Работа

«Я оглянулся. Послышались странные звуки, будто что-то рвется в отдалении. И шаги, которые вдруг смолкли, когда я остановился. Я внимательно посмотрел в темноту. Метнулась какая-то тень? Или фонарь на проводе качнуло ветром? Я повернулся и, не ускоряя шага и не замедляя, пошел как раньше. Было чувство, что за тобой следят. Раньше я ходил не оглядываясь, теперь были причины. Я завернул за угол. До подъезда оставалось пятьдесят метров. Я слегка повернул голову назад, явно кто-то шел. Я перепутал направление. Звук шагов несся не сзади, а сбоку. Из узкой соседней улочки чуть впереди вынырнула черная фигура. Я напрягся. Человек, не глядя на меня, пошел вперед к нашему дому. В этот момент в его широкой спине я узнал соседа с нижнего этажа Борьку. «Борь, ты?» — окликнул я. Спина вздрогнула, человек обернулся, сделал шаг назад: «Петька? Напугал, черт! Ты чего так припозднился?» — «Работа». — «Понял». Он один из немногих знал, где я работаю. Он подождал, пока я подойду, потом пошел рядом, спросил: «Как сам?» — «В порядке». — «Ну а вообще?» — «И вообще тоже ничего». Мы зашли в подъезд. На третьем этаже расстались. «Ну давай», — сказал я. Мы пожали руки. Я поднялся на четвертый. Дома за чаем обдумал ситуацию. Последние два-три дня было ощущение какой-то тяжести на сердце. Не физическое. Интуитивное ощущение. Что-то поменялось в самой реальности, где-то внутри. Внешне признаков никаких, глубинные какие-то сдвиги. Но дело не в интуиции, интуиция подводит. Чувство опасности возникало не раз, но ничего еще не происходило такого, что бы я не сумел проконтролировать. Поэтому дело не в интуиции, дело в работе. Одна сторона дела понятна: я придавил уголовников в нашем районе, и они могли мстить, но этого я не боюсь, и это вряд ли. Есть правила, которым следуют. Хуже, если кто-то из своих оказался заинтересован, и еще хуже, если из начальства. Бывают в нашей системе и такие. Кроме интуиции, пока предъявить нечего. Подождем. Кто-нибудь да проявится. Я выбросил работу из головы, принял душ и отправился спать. Прошло два дня, ничего не происходило. На третий день останавливает меня в коридоре капитан: «Мне тут передали, чтоб ты не лез в дело Угря, им соответствующие службы занимаются». — «Какие службы?» — «А то ты не знаешь!» — «Вот пусть мне мой начальник об этом скажет». — «Он тебе скажет, но поздно будет, я по-дружески с тобой». — «Во-первых, ничего поздно не бывает, все вовремя происходит, во-вторых, что-то я не заметил, чтобы мы в друзьях ходили». Мне этот капитан никогда не нравился. Я проследовал в свой кабинет, думая, кто за ним стоит? Пока не ясно. Подождем еще. Время покажет. Я приказал ребятам брать Угря. Еще день-два, неделя — ничего. Тихо. Я стал ездить к дому на служебной машине. Две недели минуло. В субботу возвращался из магазина. Вечерело. Помню, было ощущение полного спокойствия. Даже безмятежности. Шел не торопясь. Догорал приятный летний день. На деревьях, стенах домов — темно-красные блики заката. Уже сыпался песок сумерек. Я свернул к дому. В обеих руках пакеты. Вдруг — удар сзади по голове, даже не удар, какой-то скрежет, потом вспышка в мозгу, и тьма чернилами замыла глаза. Прежде чем потерял сознание, что-то ярко вспыхнуло. В этой ослепительной вспышке пронеслась какая-то длинная картинка и возник звук, который я будто слышал раньше. И что-то было важное на этой картинке, и звук этот тоже будто сообщал мне что-то. Но что это, я не успел понять, сознание выключилось. Тут же я пришел в себя, мнилось, через секунду. Но я уже лежал на земле. В слух ударил топот убегающих ног. Рубашка была мокрая и липкая. Я прижал руку к подбородку, ладонь погрузилась в рваную рану, и пронзило болью. Гнев обуял меня. Я вскочил на ноги, бросился в погоню, но вторично потерял сознание. Очнулся опять на земле. Встал, зажал рану под челюстью, силы оставили меня. Дома приложил к ране вату, обмотанную бинтом, держал, чтобы остановить кровь. Я понимал так: сперва оглушили, потом хотели перерезать горло, но промахнулись. Позвонил в «Скорую». Меня забрали, зашили голову и подбородок, отпустили домой. За воскресенье отлежался. Благо жена с ребятишками в пятницу в деревню выехали. В понедельник пошел на работу как ни в чем не бывало. Встречаю капитана. У того лицо вытянулось. Не ожидал, должно быть, живого увидеть. Я приказал своим ребятам поговорить с ним и узнать, кто это сделал. Тот выдал. Подручные Угря оказались. Их нашли, провели разъяснительную работу, отдали под суд. Капитану пришлось уволиться. Я продолжал работать».
1.jpg
1.jpg (120.54 КБ) Просмотров: 1268

На линии головы левой руки наблюдается шлемовидная фигура (красный, л. головы — синий). Знак выражает нарушения системы самосохранения, которая предвещает нападение опасных людей. Треугольная фигура под линией головы указывает на перенесенную травму головы (оранжевый). Важно подчеркнуть: все знаки имелись до того, как произошел этот инцидент.

Владимир Финогеев 11.05.2009 г. "7 Дней"
Суть Истины проста: спасись вначале сам, прежде чем спасать других...
Admin M
Автор темы, Администратор
Аватара
Возраст: 60
Репутация: 7
Сообщения: 711
Темы: 110
Зарегистрирован: 17.08.2014
С нами: 5 лет 3 месяца

#4 Admin » 18.05.2015, 20:17

Солнце на блюде

«Я вошла на кухню. Мама убегала на работу. Чмокнула в щеку, кивнула: «Осталась яичница. Я на твою долю приготовила. Ты же любишь». Она поглядела в зеркало, поправила прядь: «Будь умничкой». Она вышла, я закрыла дверь. Сполоснулась в душе, накинула платье, вернулась на кухню. Подошла к плите. Справа было окно, я посмотрела на улицу. В небе плыло солнце. Небо было ярким, почти белым. Под ним — зеленые деревья, кустарник. По тротуару парень ехал на скейте, отталкиваясь одной ногой, рядом другой ехал на роликах. Я взяла сковородку, наклонила к тарелке, кусок яичницы переехал на тарелку. Я села за стол. Положила подбородок на руки. Школа позади. Передо мной раскрывался огромный день каникул. Неожиданная пустота. Чем заняться? Я вздохнула. Опустила глаза. На тарелке лежал белый пласт с оранжевой выпуклостью. На секунду показалось, что-то происходило где-то в стороне и как-то было связано с яичницей — это была боковая мысль, и когда она переместилась в основное сознание, я пожала плечами: глупости. Но что-то продолжало цеплять. Перед мысленным взором выплыло яйцо в руках матери, блеснул нож, треснула скорлупа, хлынула клейкая масса, стекла на черное поле сковородки, стала белеть, пузыриться, шкварчать. Стало похоже на белое небо и солнце. Но неживое, как лист бумаги, отрезанный ножницами. Я отодвинула тарелку, встала. Тут же зазвонил телефон. Я подошла, сняла трубку. Голос подруги: «Привет! Не спишь?» — «Не сплю. А ты чего так рано?» — «Вот прикинь, какая фигня. Казалось, спи и спи — каникулы! Когда в школу надо было идти, не могла голову поднять, а тут, как назло, проснулась в восемь, не могу уснуть». — «Слушай, и я тоже. Чего будем делать?» — «У меня идея». — «Ну?» — «Высунь руку на улицу». — «И?» — «Уже жара. Поехали купаться! Возьмем Верку и рванем!» — «А что! Поехали!» — «Встречаемся через пять минут». — «Ну ладно, пять?» — «Хорошо, десять!» Через полчаса мы с Веркой были у Наташкиного подъезда. Она вышла минут через двадцать. «Ну вот, через пять минут, через пять минут!» — набросились мы на нее. Она отмахивалась. Мы приехали на вокзал, сели в электричку. После метро электричка была другим миром. Вагон был залит горячим светом, напоминал духовку. Люди сидели румяные, как пироги. Окна открыты, по вагону носился жаркий воздух. Через полчаса пытки прибыли на станцию. Выскочили, устремились по лесной дороге к речке. Народ шел, как на демонстрацию. Земляная дорога вилась под сенью деревьев, пахнуло прохладой. Вышли к берегу. Пляж был усеян телами. «Пойдем на наше место», — сказала Наташка. Для этого надо миновать поворот реки и по трубе перебраться на другой берег. Там был какой-то брошенный завод, народу никого. Мы перелезли, достали из пакетов подстилки. «Ленк, ты расстилай, а мы за водой сходим», — бросила Наташка. Взяв бутылки, они с Веркой удалились. Я устроила на песке цветастый оазис, разложила полотенца, косынки, бросила свою книжку на одеяла (взяла почитать), пакеты с бутербродами, интересно, сыр растаял? Я заглянула: нет, ничего, твердый. Вдруг я вздрогнула: рядом стоял мужик, он открыл рот и произнес: «Это самое», — лицо его приняло выражение, при котором человек забыл, что хотел. Он произвел жест со схлопывающимися пальцами. Сцепил крепко руки, потряс ими, но, видимо, так и не вспомнил. Показались Наташка с Веркой. «А, ну да», — кивнул мужик, отправился дальше. «Чего он?» — спросила Наташка. «Не знаю, странный какой-то». — «С бодуна, наверное», — заключила Верка. Потом начался рай. Мы купались, плавали, загорали, ели бутерброды. Болтали до изнеможения. Солнце клонилось к закату. Пора! Мы оделись, побежали на станцию. Показалась платформа, в то же время из леса выползла красноголовая электричка. «Бежим!» На девчонках были кроссовки, я была в шлепках. Отстала. Они мигом взлетели на платформу, юркнули в вагон, плюхнулись на деревянные лавки. Я в своих вьетнамках еще шлепала по ступенькам, когда раздался шипящий звук. Двери закрывались. Совершив дикий прыжок, я приземлилась левой ногой на порог. Намереваясь протиснуться в щель, становящуюся все уже. Не успела. Двери сомкнулись. Нога оказалась зажата. Я не могла ни вынуть ногу, ни войти внутрь. Разжать двери не хватало сил. Ситуация поначалу казалась смешной. Правой ногой я стояла на платформе, как цапля. В тамбуре никого не было. Поезд тронулся. Я прыгала правой ногой по платформе. Я не верила, что меня не видят. Казалось, сейчас все разрешится. Не может быть, чтобы это было со мной! Невероятно! Бред! Это или мне снится, или какой-то фильм. Сейчас все кончится, крикнут «Стоп!», поезд остановят, меня освободят. Но платформа была сделана полукругом, поезд выгнулся, эта выпуклость закрывала обзор машинисту. И поезд не останавливался. Я прыгала до тех пор, пока край платформы не унесся в никуда, под ногой разверзлась пропасть, нечеловеческим движением я прильнула к дверям, засунув пальцы в щели, при этом умудряясь держать пакет с пожитками. В голове неистовый ветер выдувал все мысли. Горло пересохло, я не могла издать ни звука. Из-за выгнутого тела поезда показался столб и плавно поехал на меня. «Все!» — выдохнула я. Страх тисками сжал сердце — конец! В этот нескончаемый миг завизжали колеса, поезд дернулся, застонал, отовсюду — скрежет, шум, двери распахнулись, несколько рук втянули меня внутрь. «Ты смотри, она даже пакет не выронила, — сказала Наташка с юморком, хотя в глазах было что-то бесконечно милое, — наш человек». «А мы сидим, думаем, чего-то тебя давно нет», — бросила Верка, пряча глаза. «Заразы вы, — сказала я, — нет бы посмотреть, где подруга». Мы обнялись».
1.jpg
1.jpg (40.65 КБ) Просмотров: 1248
2.jpg
2.jpg (79.92 КБ) Просмотров: 1248

На линии головы правой руки шлемовидная фигура (рис. 4, красный, линия головы — синий) выражает попадание в опасные ситуации. Так как нарушений группы А1 нет, это не опасно для жизни, а вот тело, особенно конечности, могут быть травмированы.

Владимир Финогеев 02.07.2012 г. "7 Дней"
Суть Истины проста: спасись вначале сам, прежде чем спасать других...
Admin M
Автор темы, Администратор
Аватара
Возраст: 60
Репутация: 7
Сообщения: 711
Темы: 110
Зарегистрирован: 17.08.2014
С нами: 5 лет 3 месяца

#5 АРОН » 26.05.2015, 14:09

Управление светом

«Я въехала на мосток. Навстречу двигался автомобиль. До него было метров сто. Зима. Пасмурно. Около девяти. День начинался хорошо. Утром мягкая трель будильника вызвала из небытия. Семь тридцать. Сначала появился сумрачный свет. Потом появилось тело. Тяжелое, расслабленное, счастливое. Почувствовала толчок в животе. «Ага, проснулся? Ну привет тебе, привет. Доброе утро». Я еще полежала, ощущая в себе необыкновенное присутствие другой жизни. «Интересно, каким он будет?» Нестерпимо хотелось увидеть его лицо. Воображение рисовало глаза, носик, рот — ясно, четко, но будто в отдалении, так что я не могла хорошенько рассмотреть. Я приближала лицо к себе. Но, приближаясь, оно теряло очертания, расплывалось. В дверь постучали: «Доченька, ты встала?» Мама. «Да». Дверь отворилась. Мама была в красивом розовом фартуке. «Что тебе на завтрак сделать?» Я почувствовала голод. «А у нас есть выбор?» — «Конечно: каша овсяная, каша гречневая, каша манная». — «Хочется чего-нибудь этакого». — «Чего же это?» — «Ну, например, яичницы с беконом». — «Боже мой, что это ты?» — «А что?» — «Можно подумать, что ты ждешь мальчика». — «А кого же? Я жду мальчика». — «А я жду девочку». — «Мама, я знаю, что будет мальчик». — «Откуда? Ты сделала УЗИ?» — «Нет, и не буду. Но я знаю». Мама вздохнула: «Я, конечно, хочу девочку. Но если родится мальчик, я тоже буду счастлива. Только вот проблема». — «Какая?» — «У нас нет бекона». — «Тогда как вчера». — «Хорошо», — сказала мама. Вышла. Я встала. В теле легкость. Напевая «это все как в первый раз», отправилась в ванную. Приняла душ. Оделась. Поймала себя на мысли — жду чего-то хорошего, внутри дрожала ничем не обоснованная радость. Странное ощущение. Обычный день — все расписано. Поездка на работу. Работа. Возвращение домой. Никаких встреч. Вхожу на кухню. На столе чашка дымящегося чая. Рядом белая миска с белой манной кашей. За окном светлело. После завтрака, надев дубленку, шарф, шапочку, чмокнув маму, потом отца, который тоже встал, вышла во двор. Прямо передо мной чернели деревья. Справа, за изгородью, соседский дом. В окнах горел свет. Я села в холодную машину, запустила двигатель. Вылезла наружу. На улице казалось теплее. Смахнула щеткой снежную пыль с лобового стекла. Показалась фигура отца в тулупе. «Я открою ворота», — сказал он. Свет из открытой двери лег изогнувшись на корпус машины будто вмятина, но я понимала: это игра света и теней. «Пока», — сказала отцу. «Счастливо», — ответил он. Я села за руль, сочно хрустя снегом, машина выбралась на проселочную дорогу. Отец, стоя возле распахнутых ворот, махнул рукой. Я свернула на шоссе. На перекрестке горел зеленый. Не было ни одной машины. На следующем светофоре — тоже зеленый. На третьем — зеленый. На четвертом — зеленый. «Значит, на переезде задержат», — думала я, не веря счастью. Издали показался шлагбаум, который медленно поднимался, давая мне дорогу. И опять никого. Хоть в Книгу рекордов Гиннесса записывай — никогда так не получалось. Может, я перепутала дни и сегодня воскресенье? Вчера ехала — все четыре красных, да шлагбаум на пятнадцать минут задержал. А тут так все удачно складывалось. Я испытывала какой-то невероятный подъем, почти наслаждение. Я въехала на возвышенный участок дороги. Невысокий, приподнят на два метра. Справа и слева не обрыв, но довольно крутой спуск. Я шла на восьмидесяти. Двигающийся навстречу автомобиль занесло. Мгновенно поняла: лед. Встречная машина дернулась вбок, сделала зигзаг, боком полетела на меня, плавно поворачиваясь передком. Я не отдавала отчета своим действиям. Все происходило автоматически. Сознание хотело было ударить по тормозам, дернуть руль вправо, избегая лобового удара. Но кем-то были приняты другие решения. И они были верны. Если бы я отвернула, я бы слетела с моста, перевернулась, упала на крышу, возможно, пришлось бы проститься не только с машиной. Потом я узнала, что подсознание работает в тридцать раз быстрее сознания. Левая нога выжала сцепление, рука бросила ручку на третью передачу. Я будто отсутствовала или смотрела на все из другого места, из загадочного зрительного зала на белый экран зимнего дня. Я глядела на растущий в размерах автомобиль, видела за рулем женщину с закрытыми глазами, как-то съехавшую вниз, уронившую голову на правое плечо. Сзади в детском кресле сидел ребенок. Что с этой женщиной? Почему? Выстреливали еще какие-то мысли, которые я не успевала читать. При этом я следила за стрелкой спидометра. Шестьдесят километров. Тридцать. Быстрое движение ногой, рукой — я уже на второй скорости. Метр до столкновения. Давлю педаль тормоза в пол. Руки со страшной силой сжимают руль. Удар. Звук длился очень долго, потом все стихло. Я повредила левую ногу, ушибла голову, прикусила язык. Но ничто не коснулось моего живота. Я выбралась из машины, посмотрела на нее со стороны — разрушения были чудовищны. Казалось, выжить в таком месиве невозможно. Та женщина не пострадала. Потом выяснилось, когда ее машина потеряла управление, она от испуга потеряла сознание. Такое бывает. Одно не ясно: кто управлял светофорами?»
1.jpg
1.jpg (76.56 КБ) Просмотров: 1238
2.jpg
2.jpg (76.84 КБ) Просмотров: 1238

На правой руке нарушения группы В — смещенный вилочковый разрыв линии головы (рис. 4, красный). Выражает повреждения конечностей и головы.

Владимир Финогеев 03.12.2012 г. "7 Дней"
Все вокруг нас и в нас - работа энергий. Энергии образуют все и все, в конечном итоге переходит в энергию.
АРОН
Аватара
Репутация: 11
Сообщения: 770
Темы: 122
Зарегистрирован: 21.08.2014
С нами: 5 лет 3 месяца

#6 Admin » 05.02.2016, 11:56

Рецепт Гельвеция

Если уж вам попалась в руки эта заметка, знайте, это написано для вас.

Ничего случайного не бывает. Поскольку ничего не происходит из ничего. Два года мы с вами изучаем долгожителей. Для чего? Прошлое перерабатывается в складки тела, а будущее грозит пальчиком настоящему. Мол, смотри вперед, учись на чужом опыте. Заходим в комнату с медсестрой Ольгой Крутило, на постели справа сидит женщина, узкая, хрупкая, будто невесомая. Выражение лица приветливое, но несколько отстраненное, будто человек открыл что-то важное и теперь думает, куда бы его определить. Возможно, это ощущение создавалось прямыми бровями, которые были несколько опущены к краям лица, а прищуренные глаза смотрели вдаль. «Это Манефа Абдурахманова», — сказала Ольга Федоровна. Когда я услышал имя и фамилию, строй моих мыслей зашагал в известном направлении. Я стал всматриваться в ее лицо, тут же находя черты, присущие восточным женщинам. Длинный нос с небольшой горбинкой и хорошо вырезанными крыльями, тонко очерченные губы, верхняя в форме лука. Надо отметить, она оставалась красивой, насколько позволяли ее 92 года. Интересная особенность: у нее были приглаженные, доходящие до основания шеи, с отгибающимися концами, белые как лен и гладкие как шелк волосы. Снять отпечатки представило некоторую трудность, Манефа держала руки сцепленными. Я разводил их, наносил краску, стоило мне отвернуться, чтобы прокатать валик, как она вновь сводила ладони и терла их одна о другую. Пока я пытался придумать способ справиться с этой проблемой, она вдруг сказала: «Я забайкальская казачка. Мои родители происходят из донских казаков». Я замер: «А как ваше отчество?» — «Сергеевна». — «Абдурахманова — это фамилия по мужу?» — «По мужу». И вдруг я начинаю видеть, как меняются черты ее лица, я уже не нахожу ничего восточного, действительно, как я мог спутать?! И брови прямые. Да, нос с горбинкой, но теперь я вижу, что это казачья горбинка, такая была и у Григория в «Тихом Доне», да и льняные волосы — это же очевидно! «Где вы родились?» — «В Сибири, село Размахнино Шилкинского района. Была такая женщина — Васса Ивановна, она передала моему отцу большие знания по родословной забайкальских казаков». — «А почему у вас такое странное имя?» — «Родители были набожные. Меня назвали в честь святой Манефы Кесарийской, ее мучили за Христову веру, приговорили сжечь. Разожгли печь, а она сама взошла на огонь и предала Богу душу». — «Кто был ваш отец?» — «Сергей Васильевич Размахнин». — «Чем занимался?» — «Лесным делом». — «Когда он родился?» — «Не помню». — «Когда умер?» — «Не могу сказать». — «Долго прожил?» — «Долго». — «Сколько лет?» — «Не могу точно сказать». — «Расскажите о маме». — «Мама — Ефросинья Николаевна, она занималась хозяйством. Детей было девять человек». — «Имена братьев и сестер можете назвать?» — «Братья: Евдоким, Иннокентий, Василий, сестры: Дарья, Анфиса, Анастасия, Антонина». — «Одной не хватает», — сказал я. «Кого же?» — спросила Манефа Сергеевна. «Не знаю, должно быть пять сестер, вы назвали четырех». Манефа Сергеевна задумалась, лоб нахмурился. «У нас было наводнение, я чуть не погибла. Нас затопило. Всю нашу деревню». — «Может, сестра утонула?» — «Нет, никто не тонул. После этого отец сказал, надо уезжать. Мы уехали в Благовещенск». — «Когда это случилось?» — «Я маленькая была, лет восемь. В Благовещенске я училась, отец преподавал в приходской школе». — «Подождите, он же был по лесному делу, как он мог преподавать? Что он преподавал?» — «Не знаю». — «Хорошо. Какое у вас образование?» — «Я училась в Благовещенске, потом в Москве». — «Как попали в Москву?» — «Нас забрала Анастасия. Они с мужем жили в Москве. Я училась в Москве». — «После школы куда поступили?» — «Не знаю». — «Мне сказали, что вы врач». — «Да, я врач». — «Где вы работали?» — «В Челябинске». — «Как попали в Челябинск?» — «Не могу сказать. Там я вышла замуж». — «Как звали мужа?» — «Забыла». — «Вспоминайте. Вы должны вспомнить». — «Александр Константинович?» — «Как-то с фамилией не очень вяжется. Вы же Абдурахманова. Давайте вспомним. Это возможно». Что-то блеснуло в ее глазах: «Абдулла Касимович». — «Ну вот! По крайней мере логично. Дети были?» — «Дочь. Гульсум. Но она умерла». Когда умерла дочь и как, Манефа Сергеевна не могла вспомнить, сказала только, что давно. После этого мы не могли продвинуться вперед. Забвение не раскрывало своих железных объятий. Девяносто два года — длинная-длинная жизнь, сколько всего произошло! И большая часть утрачена. Как жаль! Я ощутил холодок под сердцем. Как говорится, это может случиться с каждым. В будущее надо прийти одновременно с памятью. А не так, когда тело пришло первым. Если, тренируя тело, мы получаем мышцы, то как быть с умом и памятью? У Монтеня и Блаженного Августина от рождения была слабая память, но они работали над этим и стали людьми с выдающейся памятью. Об этом сообщил Гельвеций, он же указал путь: чтобы получить ум — надо наблюдать, чтобы получить память — надо запоминать. Эти выводы подтверждает и современный подход.
1.png
1.png (190.52 КБ) Просмотров: 1063
2.png
2.png (200.1 КБ) Просмотров: 1063

Посмотрим на правую руку нашей героини, в окончании линии головы наблюдаются два островка (рис. 2, линия головы — синий, островки — красный) Здесь два, но достаточно и одного островка, чтобы в конце жизни потерять большую часть воспоминаний. Рука отражает тенденции. Если вы обнаружили подобное хотя бы на одной руке, то это означает, что образ жизни и пренебрежение к развитию своей памяти скажутся на ее значительном ослаблении в возрасте. Нужно изменить тенденцию и получить другой результат. Вот почему надо заглядывать себе в ладонь. Рука позволяет забежать в будущее, вернуться назад и переделать.

05.02.2016 / Владимир Финогеев 7 Дней
Суть Истины проста: спасись вначале сам, прежде чем спасать других...
Admin M
Автор темы, Администратор
Аватара
Возраст: 60
Репутация: 7
Сообщения: 711
Темы: 110
Зарегистрирован: 17.08.2014
С нами: 5 лет 3 месяца


Вернуться в Линия Головы

cron