Сама Жизнь...

Список разделов В.В.Финогеев - архив статей Линия Жизни и ее вариации.

Описание: лЖ, линия Марса, линия сестра, ....

#1 АРОН » 10.03.2015, 17:24

Печальный конвой.

«После завершения учебы в институте я получила распределение в Таджикистан. Там я вышла замуж, прожила большую часть жизни. В июле 1992 года мы с семьей поехали в отпуск в Сухуми. Я оттуда родом. Там у нас была квартира и дом родителей. В начале августа газеты запестрели сообщениями о трагических событиях в Таджикистане.
Наш городок, располагающийся в двух десятках километров от афганской границы, стал эпицентром действий. Мы поняли, что назад возвращаться нельзя, и остались в Сухуми. Мы стали беженцами. Но судьбе было угодно, чтобы мы прошли школу беженцев до конца.
В августе вспыхнул конфликт между Грузией и Абхазией. Мы были вынуждены отправить детей к тете, в Москву, а сами надеялись продержаться, сберечь жилье. Да где там! Война не разбирает, уничтожает и рушит все. Дом спасти не удалось. Надо было спасать жизнь. Сентябрьской ночью на рыбачьем сейнере мы покинули Сухуми. Мы покидали охваченную огнем землю, но огонь был и моем сердце. Сгорали надежды. В синюю мглу уходил берег, захваченный смертью. Было полнолуние, небо — без единого облачка, необыкновенно прекрасная ночь, но у всех лились слезы. Нас сопровождали дельфины, словно пытаясь успокоить. Но их мокрые черные спины изгибались, как знаки мучительных и страшных вопросов: куда теперь? Что будет и как жить дальше?»
1.jpg
1.jpg (162.3 КБ) Просмотров: 1775

Пришло время рассмотреть один из самых серьезных знаков.
Те, кто находит его на своих ладонях, испытывают страх.
У начинающих практиков при виде этого рисунка екает сердце, а умудренных профессионалов охватывает тягостное чувство.
Речь идет о разрыве линий.
Особую тревогу вызывает разрыв линии Жизни.
Если она прерывается — значит, и жизнь прервется.
К сожалению, это заблуждение прочно укоренилось в народе.
Причиной тому стал, конечно, не личный опыт, а невнимательное чтение хирологических книг.
На первый взгляд, какого бы традиционного автора мы ни открыли, везде категорично говорится: разрыв линии Жизни на одной руке — болезнь, на обеих руках — смерть.
По месту разрыва вычисляется и время смерти: разрыв в начале линии — ранняя смерть, разрыв в середине — смерть от 35 до 38 лет, разрыв в конце линии - смерть в конце жизни, хотя это звучит странно.
Однако если литературу читать более внимательно, то в большинстве случаев авторы оговариваются, что для окончательных выводов нужны и другие признаки.
Понятно, что в сознании читателя разрыв линии Жизни стал единственным и достаточным знаком, чтобы умереть.
Но вспомним законы Мерфи: если работа кажется легкой, то сделать ее будет непременно трудно.
Тому есть простое объяснение: мир, где мы живем, очень многомерен и многогранен.
Простота покрывает только одну систему.
Но систем много, и они взаимопроникают — от этого все усложняется.
Рука — как мир, и знаки «работают» по-разному в разных уровнях и системах.
Выделим уровни, в которых разрыв линии Жизни может себя проявлять.
Он может быть «занят» в системах:
а) физиологии (человек может болеть);
б) характера и способностей, склада ума (резкие изменения в характере, появление или исчезновение способностей, смена принципов и взглядов);
в) события (перемена занятия, профессии, места жительства);
г) безопасности (опасные ситуации, повреждения тела).
В зависимости от дополнительных показателей разрыв может действовать только в одном уровне, например, физиологии, или в двух, или сразу в трех, или во всех системах одновременно.
На нашей цветной картинке (рис. 1, 2) разрыв обозначен номером 259.
Поскольку разрыв и номер — красного цвета, то система действия разрыва на картинке — безопасность.
Но для того, чтобы разрыв был признан симптомом расстройства системы самосохранения, он должен сопровождаться несколькими красными значками из нашей схемы, с частью которых читатели познакомились в предыдущих публикациях.
Но сегодняшний пример из жизни повествует о другом значении разрыва: разрыв как событие.
Взгляните на рис. 3-4. Вы видите разрыв тенарной линии на правой руке нашей героини.
Аналогичное нарушение имеется и на левой руке.
Место расположения разрыва на руках — 36 лет.
Если следовать учебнику, она должна была умереть в 36. Сейчас ей 58.
В нашем случае, при отсутствии прочих признаков, знак разрыва проецируется в сферу драматического переезда.
Разрыв в данном случае дает не время переселения, а потенцию, возможность переезда.
Разрыв не смертелен.
Чтобы правильно интерпретировать его, нужно чуть больше узнать о руках.

В.Финогеев
Все вокруг нас и в нас - работа энергий. Энергии образуют все и все, в конечном итоге переходит в энергию.
АРОН
Автор темы
Аватара
Репутация: 11
Сообщения: 762
Темы: 122
Зарегистрирован: 21.08.2014
С нами: 4 года 10 месяцев

#2 АРОН » 19.04.2015, 14:29

Принципиальная мелочь

Как-то днем прилегла. Вдруг — сижу за столом. Напротив — брат подруги. Он разбился на мотоцикле тринадцать лет назад. Он по одну сторону, я по другую. С ним еще кто-то, не разглядела. Брат говорит: «Ну что, Галь, когда наша встреча состоится? В 53?» Я говорю: «Нет, в 39». Тут же проснулась. Вот глупая, зачем же я про себя это сказала? А мне как раз тридцать девять. Стало жутковато. Господи, помилуй. Пошла помолилась.
Проходит месяц. Со среды на четверг — сон: какое-то место, суета, я откуда-то выхожу. Прикрываю рукой левую сторону лица. Из носа течет кровь. Алыми каплями. Во сне начинаю размышлять: к чему капает кровь? Кровъ - кровное. Решила, что сон относится к родственнику. Встала, заправляю кровать. Поворачиваю голову к окну. А там — воробей. Впорхнул на карниз у стекла. Сидит. Заглядывает в спальню. Я застыла, взгляд отвести не в силах. Он черной бусинкой прямо мне в глаз смотрит. Серьезно, внимательно. И зачем я в окно посмотрела? Чего мне там надо было? Ну для чего? Я к воробью: «Воробушек, милый, не стучи в окно, прошу тебя. Пожалуйста». Прошлый раз воробей в окно клюнул — бабушка умерла... А сейчас матушка осталась. Да муж, да дети. «Не стучи, родной!» Он голову повернул. Другим глазом на меня взглянул. Замельтешил крыльями, ровно рассыпался — и нет его. Я вздохнула: «Фу, слава Богу». Но чувствую: нет, не отпускает. Заломило в груди, заныло: что-то будет. В воскресенье за детьми надо ехать, забирать из лагеря. Местечко в Домодедовском районе, Бугорок называется. На метро до Домодедовской, оттуда на автобусе. В пятницу Дима, муж, звонит с работы: «Гал, давай так сделаем: я в субботу работаю, в воскресенье у меня — выходной. Ты поезжай в субботу, привезешь их, а воскресенье все вместе отдохнем. Я договорился с Виктором, он тоже туда едет за ребенком, он тебя захватит и назад привезет». Я говорю: «Давай так и сделаем». Договорились с Виктором. Утром еду на «Спортивную». Только вышла — он подъезжает. Сажусь в машину. Минут через сорок Виктор глянул в зеркало и говорит: «Смотри-ка, багажник приоткрыт. Странно, чего это он?» Я обернулась, ничего не заметила. По мне — багажник был закрыт. Промолчала: водителю лучше знать. Мы двигались во втором ряду. Виктор взял вправо. Машина замедлила ход, мы приблизились к бордюру. Вдруг — удар сзади. Голову резко откидывает назад. Замечаю: машину разворачивает, бросает к обочине. Виктор крутит руль, все вокруг завертелось. Визг покрышек. Боковое стекло придвигается, бьет по левой брови и носу. Боли нет. Вместо нее входит звук удара, будто голова не моя. Страха нет. Странное ощущение, будто из пространства вырезан кусок в три кубометра. Я в нем, там нет времени. Снаружи время осталось. Мы останавливаемся. Открываю дверцу. Выхожу. Догоняет боль — хлещет по лицу. Инстинктивно прикладываю руку. Чувствую: кожа раздувается как шарик. Из носа — кровь. Каплями стекает вниз. Вспоминаю сон. Картинки совмещаются. Облегченно вздыхаю, слава Богу, что так. Жива, стою на ногах, а нос заживет. Внутри полный покой. Никакой тревоги: все. Крик Виктора: «Галь, убегай. Сейчас рванет!» Поворачиваю голову: бензобак машины охвачен пламенем. Водитель, который нас подцепил, не растерялся. Выхватил огнетушитель, погасил пламя. Рядом с другой машиной стояла женщина, левая рука на лице, из носа — кровь. Водители не пострадали. Быстро, минут через семь, приехали из ДПС. Они вызвали «Скорую», И те не замедлили. Нас с женщиной осмотрели, потом отвезли в больницу. Сделали рентген и ультразвук. Пока ждали результата, женщина, ее звали Оля, рассказала: «Мужа не стала будить, чтоб отвез на работу. Обычно он меня возит. Думаю, дай, поспит человек, устал, много работал вчера, пришел поздно, пусть отдохнет. На попутке доеду. Вот — доехала. Да». Вздохнула, рука полетела к лицу обозначая. Потом сон мне свой рассказывала
Стоит будто на автобусной остановке, что-то такое, да, Я ей денег даю, говорю, ты, мам, питайся тут хорошо. Я за тобой через две недели заеду и возьму в город. Мать отвечает, нет, я с тобой не поеду, ты давай одна, и сажает меня, будто на автобус и отправляет. Вот такие дела. Ровно две недели. А завтра будет как раз три года, как мама умерла, представляете!» Вышел врач, говорит: «Ну, девушки, головы у вас крепкие. Сотрясения нет, мозги на месте. Правда, у вас, — обратился к Оле, — перелом носа». Замолчал. Я приподнимаюсь: «А у меня нет перелома?» Врач мне: «А он вам нужен?» — «Да нет, не нужен». — «Ну и не берите. У вас ушиб мягких тканей лица». «Чем лечить?» — спрашиваю. «Ничем, так пройдет». На том и расстались. Дома рассказываю мужу и про сны упоминаю, мол, вот как теперь их понимать надо. Он в ответ: «Мне раньше твоего приснилось, да я не хотел тебе говорить. Привиделось, что я на кладбище. В ограде. Могилу копаю. Один. Вокруг ни души. Вдруг бабушка моя идет. Чистенькая такая, аккуратная. Я думаю: хорошо ей тут. Она давно умерла. Я к ней: «Ба, а ба?» Чего-то хотел спросить у нее. Она— мимо. Даже не взглянула». Я говорю: «Это хорошо, что бабушка мимо прошла. Ничего и не случилось». Потом у Луизы Хей прочитала: тот получает удар по носу, кто своей интуиции не доверяет. Это, скорее всего, верно. Только вот что-то никому приоткрытый багажник не приснился».
1.jpg
1.jpg (117.88 КБ) Просмотров: 1765

Линия судьбы берет на себя функцию линии жизни. На рис. 3—4 (линия жизни — зеленый, линия судьбы — синий) наблюдается кожная схема, известная как компенсированный разрыв (в нашем примере — линии жизни). Мы можем видеть, что линия жизни прерывается, однако линия судьбы придвигается к разрыву и закрывает его. В хорологическом обиходе такую «услугу» называют ремонтом линии. Знак, непосредственно «отвечающий» за происшествие, дан красным цветом на рис. 4.

Владимир ФИНОГЕЕВ 18.07.02
Все вокруг нас и в нас - работа энергий. Энергии образуют все и все, в конечном итоге переходит в энергию.
АРОН
Автор темы
Аватара
Репутация: 11
Сообщения: 762
Темы: 122
Зарегистрирован: 21.08.2014
С нами: 4 года 10 месяцев

#3 Admin » 22.04.2015, 15:38

Притяжение

«Белая чашка плывет с полки, опускается на блюдце. Белый заварной чайник наклоняет носик. Темно-красная жидкость льется в пропасть чашки. За окном темно. Звезды высыпали на небе. Их не видно. Свет от города гасит небесный свет. Был вечер перед ночью. Я на кухне, от гостиной-спальни ее отделяет небольшая стена, экран. Можно обойти и посмотреть, что в спальне, а если знаешь, что там, идти не требуется. Я сижу на высокой табуретке и пью горячее вещество из белой чашки. Пальцы тянутся к трубке, набирают номер — чего только не помнят пальцы. «Алле? Я слушаю, говорите». Голос, знакомый с детства. Интересно, как сигнал находит нужное ухо? «Это я». — «О, Леночка! Рады тебя слышать, как ты? Где ты, что с тобой?» — «В порядке. Я в Москве. К вам собираюсь». — «Вот это замечательно, будем рады. Мы тебя встретим, когда собираешься?» — «В следующую пятницу. Я всегда езжу на «Невском экспрессе». — «Вот славно! Как купишь билет, сообщи номер вагона, мы тебя встретим». — «Как куплю, так позвоню». — «Будем ждать». Я допила чай. Чашка отправилась в мойку, кусок черничного пирога в холодильник. Я собралась спать. Легла. У соседей сверху что-то упало. Дом слегка дрогнул. Я посмотрела на потолок. В этом месте у них стоит диван. Я помню. Я была у них. Как-то они залили меня водой, пришлось разбираться. Диван вряд ли мог упасть, значит, упало то, что лежало на диване. Я повернулась на другой бок и заснула. Следующие два дня — суббота, воскресенье. В понедельник иду на работу. Живу недалеко, хожу пешком. Иду, думаю: пора билет приобретать. Прохожу мимо охраны, они встают, громогласно здороваются, я киваю: «Здравствуйте». Заворачиваю за угол, поднимаюсь по мраморным ступенькам. В большие окна льется свет. Перила поддерживают столбики из блестящего металла. Придвигается широкий коридор, пол устлан бежевым ковром. Подхожу к двери отдела. Чувствую, что-то происходит. Что-то не так. Когда я вошла в здание, во мне были покой и уверенность. Теперь этого нет. Душа будто сжимается невидимым поршнем. Не улавливаю, с чем это связано, что могло бы быть причиной? Медлю перед дверью, пытаясь распознать, что это. Какая странная перемена. Внутри стая птиц носится туда-сюда. Растет беспокойство в глубине сердца, и глубина эта очень далекая. Открываю дверь, секретарь отдела Тонечка уже на месте. Улыбка преображает ее лицо в очень приятное, она выбегает из-за стола. На столе лежит толстый журнал с картинками. Тонечка принимает у меня пальто. Пальто прячется в плоский шкаф. «Тонечка», — начинаю я и останавливаюсь, понимая, что не могу этого сказать. Я хотела попросить ее приобрести билет до Санкт-Петербурга. Что-то меня остановило. Давление в солнечном сплетении? «Что, Елена Викторовна?» «Ничего, спасибо», — ответила я, прошла в кабинет. Скоро отворилась дверь, это Тонечка. Она мотнула головой, откидывая черную прядь с правого глаза: «Вы просили меня заказать билет на «Невский экспресс» до Санкт-Петербурга». — «Правда?» Я повела глазами, заглядывая себе под веки, там был вход в память. «Я просила?» — «Да, — отвечает она, показывая карандашом в раскрытый ежедневник, который она держала в правой руке, в левой был карандаш. Тонечка была левшой. — Записано в среду. Но вы сказали, что окончательно решите в понедельник, сегодня». «Да-да, припоминаю, спасибо. Я решила не ездить». У меня сами собой надулись губы. Я думала про себя: я решила? Когда? Как? Дух противоречия вдруг вырвался из солнечного сплетения: да, я никуда не еду, но никто не должен это решать за меня. Это я говорила сама себе. Я спорила с собой. Да, верно, я решила не ехать, кто же еще мог принять решение вместо меня, и в то же время было ощущение, что это решение принял кто-то другой. «Идите, Тонечка, спасибо». Лицо у нее было озадаченное. Может, я все это говорила вслух? Вряд ли, не до такой же степени я... Ну ладно, все-таки что происходит? Могу я объяснить себе, почему я не еду? Каковы мотивы? Я понимаю, что не могу назвать ни причин, ни обстоятельств, которые склонили бы волю не ездить. Я сомневаюсь и при этом твердо знаю, что не еду. Да, дела. Вечером я звоню в Санкт-Петербург. «Милые мои, я не еду». Они ничего не понимают. Убеждают, уговаривают, просят. Тщетно. Утром в пятницу, в день, когда я должна была ехать, я иду на работу, как обычно пешком. Лужи мы достигли одновременно. Он, правда, был в машине. Из-под колеса взметнулся грязевой со снегом фонтан. Окатил с головы до ног. Я лишилась дыхания. Волосы, лицо, пальто, бывшее бежевое, — все в мерзкой каше, с меня течет. Он не заметил, уехал. Пожалуй, это лучше для него. Возвращаться домой? До работы два шага. Прихожу на работу — народ в ужасе: «Что с вами?» Отдаю распоряжения и иду домой. Блузку и брюки в стирку, пальто в чистку. Сама в ванную. Вечером того же дня возвращаюсь из магазина. В обеих руках по пакету. Еду в автобусе. Вдруг автобус так резко тормозит, будто налетел на что. Кто сидел — упал, кто стоял — тот полетел. Я стояла. Приземляюсь лицом на пол, еду по салону. Удары, крики, мат, гул. Что это, Боже! Потом тишина, охи, стоны. Я собираюсь с силами, встаю. Опять вся в грязи. Лицо, руки, одежда. Пакеты порваны, продукты рассыпались. Что ж это меня сегодня так валяет? Иду домой: одежду — в стиральную машину, сама лезу под душ. Утром черная жидкость кофе струится в маленькую чашку. Обычно я не смотрю по утрам телевизор. Пальцы сами находят пульт. Экран вспыхнул. Главная новость: подорван «Невский экспресс». Много погибших, раненых. Какой ужас! Смерть, боль, страдания. Я стою неподвижно. В руке застыла чашка. Я медленно сажусь. Меня морозит. Я должна была ехать на этом поезде. Не поехала. По причине, тайной для меня самой. Друзья потом посмеялись: малой кровью обошлось. Вот и разгадка, почему два раза в грязи вывалялась. Хотя разгадка чего она?»
Притяжение.jpg
Притяжение.jpg (46.16 КБ) Просмотров: 1762
Притяжение-1.jpg
Притяжение-1.jpg (129.66 КБ) Просмотров: 1762

На руках нашей героини имеются нарушения системы самосохранения, однако нарушения касаются только одной группы В, то есть дефекты первостепенных линий. В данном случае мы имеем компенсированный разрыв линии жизни (рис. 4, линия жизни — зеленый). Данный знак приводит к травматизму и сближению с опасными ситуациями. Но так как серьезных нарушений папиллярного узора (группа А) нет, это не опасно для жизни.

Владимир Финогеев 15.03.2010 г. "7 Дней"
Суть Истины проста: спасись вначале сам, прежде чем спасать других...
Admin M
Администратор
Аватара
Возраст: 59
Репутация: 7
Сообщения: 700
Темы: 110
Зарегистрирован: 17.08.2014
С нами: 4 года 11 месяцев

#4 Admin » 26.04.2015, 19:00

Противовес.

«Мы с матерью сидим в маленькой кухоньке. Сквозь небольшое квадратное окно бьет свет. Режем картошку на широкие ломтики. Складываем на противень и в печь — сушить. Печь топлена на ночь. Начало мая. Днем припекает, ночью морозит, вот и топим. Сибирь — ничего не поделаешь. Прииск «Дорогой» на реке Пит.
«Ма, вчера в столовую опять медведя привезли. Зубы оскалены, глаза выпучены — страшный». — «Неделю, значит, котлеты мясные будем кушать. Помнишь, как ты боялась медвежатину есть?» — «Помню. Боялась, избегала, думала, как в рот положу, так обратно и выйдет. Петька обманным путем приучил. Месяца четыре как я приехала, Петька в столовой мне котлету пододвинул: «На, Матвеич вчера бычка зарезал, угощает». Я тогда не знала, что Матвеич-то охотник наилучший по медведям. Глупая. Так всю и съела, соскучилась по мясу. Петька лыбится, говорит: «Ну как, вкусно?» «Вкусно», — отвечаю. Он расхохотался: «А ведь ты медведя съела». Я рот зажимаю, вроде мне дурно, только желудок не согласился, ни грамма не отдал, переварил все без остатка, как миленький». — «Да, вот она, жизнь-то, ко всему приучит». — «Петька меня все медведями стращает. Говорит, вот поедете через тайгу, выйдет Потапыч и сграбастает вас. Врет?» — «Петька соврет — не дорого возьмет. На что мы медведю-то, глупости какие, чай не зима на шатуна натолкнуться». — «А еще говорит, возьмите меня с собой, у меня медведи по струнке ходят. Матвеич, мол, его разным хитростям выучил. Матвеичу равных нет. Как-то сказывал: идут они с Матвеичем по лесу. Вдруг Матвеич замер: «Тсс, давай за мной» — и тихонько к зарослям малинника. Раздвинул и кивает. Петька глядь — а там косолапый малинкой лакомится. Матвеич заходит с подветренной стороны, сзади, выскакивает, да как гарнет ему в ухо. Что тут с медведем соделалось! Подпрыгнул он, взвился, заревел — прости меня, грешную, — обкакался так, что струя на два метра вылетела, и рванул в чащу. Так несся от них — треск полчаса стоял. Брешет поди?» — «Ну, врет не врет. А вот старики рассказывали, твое счастье, коли ты первым медведя заметишь. Увидит он, что ты на него смотришь, и уйдет. Беда, коль наоборот — проворонишь его. Кожу снимет и костей не пожалеет. Да только что об этом думать да страху нагонять. Я все думаю: дело ли ты затеяла, дочка? Ночами не сплю. Доберемся ли, доедем ли, ведь в такую даль отправляемся. А время-то какое. Война». — «Доберемся, мама, доберемся, главное, чтоб еды хватило. Сушеной картошки у нас будет чемодана два, да сухарей, да крупы — еще два». — «Да и спирту не забыть. Мне Прасковья поведала, ездила она к дочери — так без спирта ни шагу». — «Да, обязательно. В общем, еще три чемодана остается. Да, все хотела спросить, откуда у тебя столько чемоданов, да огромные такие?» — «Так Иван, муж, отчим твой, понаделал из фанеры да выкрасил черным. Собирался переезжать. Десять лет, говорит, прожили здесь, пора и восвояси. Да вот война помешала. Ушел на войну, и, вишь, тут же похоронку прислали». Взгляд матери затуманился. Она отвернулась к окну. «Вишь как: человека нет, а чемоданы стоят».
«А я папу вспоминаю. Все вижу, как я у него на коленях сидела». — «Этого ты не можешь помнить». — «Как это не могу? Помню я прекрасно. Он был в военную форму одет. Через плечо ремень, сапоги, брюки в сапоги заправлены, как же, помню отчетливо». Мать перестала резать картошку и посмотрела на меня с удивлением и страхом: «Да ты что?! Опомнись, что ты говоришь такое!» — «А что? У меня это стоит перед глазами. Я помню». — «Как ты можешь помнить, когда этого не было?» — «Как это не было?» — «Да так не было. Подумай сама. Ты в декабре восемнадцатого родилась. А отец на Гражданскую ушел в августе еще. И с тех пор не бывало его дома. А в девятнадцатом прислали извещение, что погиб он революционной смертью. Так что не было этого».
Я заплакала. Мать потянулась ко мне: «Да что ты? Что такое? Чего ты плачешь?» — «Да я двадцать пять лет думала, что так было. Эта картинка у меня вот тут была, в сердце. Мне так хорошо было на коленях у отца. Такую я чувствовала любовь, заботу, защищенность, что я не одна здесь, и потом, когда трудно было, это счастьем казалось. Скажи, почему Иван меня не любил? Я помню, мне года три-четыре было, когда мы в деревне-то еще жили, в Вятской губернии, как он меня ударил ни за что, просто на глаза ему попалась. Бабушка, мать его, на меня всегда шипела, есть не давала, на улицу гнала. Помню, ты мне хлеб украдкой сунешь, сама ревешь, чего, как это? Вот я и уносилась к той картинке, думала, у меня отец был, жалел меня, в обиду не дал бы. А теперь оказывается, и этого не было?» Из глаз матери тоже текло: «Ты уж прости, так вышло. Свекровь настраивала сына, Ивана-то, не хотела меня с ребенком. В доме-то еще две семьи жило, брат с женой и дочь с мужем. Тесно всем-то, ну и ругань, конечно, а жизнь тяжелая — голод. Как отец твой погиб, куда деваться? Одной еще куда, а с тобой точно померли бы, вот и вышла за Ивана, думала, как-нибудь проживем, а оно вон как обернулось. Тебя пришлось к тете Маше в Белозериху отдать». — «Я помню, кур щипала на монастырской кухне. Там я три класса окончила. Потом монастырь разорили, тетя Маша меня в Нижний Новгород отвезла. Отдала в люди, в прислугу, жила я в одной семье, за малышом ухаживала, дом убирала, стирала. Вы с Иваном в Сибирь уехали. Я тебя почти двадцать лет не видела. А теперь нашла, возьму с собой и никогда не брошу. Не хочу никого бросать».
1.jpg
1.jpg (121.9 КБ) Просмотров: 1753

Мы узнали, что первая сверху сгибательная складка в основании ладони означает переход от небытия в жизнь, то есть точку рождения обладателя руки.
Потому все знаки, располагающиеся ниже этой линии, относят к событиям, происшедшим до рождения, а те, что выше, — к событиям вскоре после рождения.
Частью таких событий является судьба родителей.
Изучим левую руку.
Одна из вертикальных линий вовлечена в квадратно-звездную картину (фрагмент линии Судьбы — синий, фигура — красный).
Это трактуется как нарушение системы самосохранения у одного из родителей с повышенной опасностью для жизни.
То, что фигура находится над поперечной линией, указывает, что смерть отца произошла от нуля до двух лет.
То, что нарушения относятся к отцу, выводится из нарушений линии Жизни, которая репрезентирует отца.
Основным нарушением является разрыв линии.
Одним из дополнительных признаков в нашем случае стала глубокая поперечная (красный) из основания большого пальца к линии Жизни (зеленый).
При этом поперечная не должна выходить за границу линии Жизни.

В.Финогеев
Суть Истины проста: спасись вначале сам, прежде чем спасать других...
Admin M
Администратор
Аватара
Возраст: 59
Репутация: 7
Сообщения: 700
Темы: 110
Зарегистрирован: 17.08.2014
С нами: 4 года 11 месяцев

#5 АРОН » 22.05.2015, 21:42

Таинственный почтальон.

«Пару лет назад произошел довольно странный случай. Это было летом. Был очень напряженный день. Надо было успеть в десять мест и сделать двадцать дел. Носился по городу как угорелый. В одном из мест вдруг совершенно случайно встречаю старую знакомую, с которой когда-то работал и которую много лет не видел. Она шла по улице. Я заметил ее из окна автомобиля. Останавливаюсь, подхожу. «Здравствуй, — говорю, — Люд, вот это встреча!» Она всплеснула руками: «Ой, Женечка, ты! Как я рада. Как ты? Где? Что делаешь?»
Поскольку я торопился, то вместо ответа увлек ее к машине: «Тебе куда? Давай подвезу». Она сказала куда, мы сели, я резко взял старт. Люда рассказывала про себя, про тех, с кем мы работали. Вдруг спрашивает: как жена? Я ответил не сразу, обогнал «Фольксваген», потом сменил ряд. Наконец выговорил: «Да я развелся». И то ли я невнятно произнес, то ли шум дорожный помешал, но Люда переспросила удивленно: разбился? Да нет, не разбился, а развелся. И сердце у меня, помню, не екнуло. Довез я Люду куда ей было надо, высадил, распрощались. Она пошла. Я поехал. Гляжу на часы, не успеваю. Давлю на газ. Несусь под сто десять. Приближаюсь к длинному перекрестку на Волгоградке, в Текстильщиках. Горит зеленый. Я прибавил газку, думал проскочить. Зажегся желтый на первом пересечении, но я его хорошо пролетел. Тут и на втором желтый вспыхнул. Мне бы, как делают все нормальные люди, затормозить и остановиться, но я вместо этого еще педаль придавил. В груди раскручивалась какая-то дикая пружина. Огромной силы магнит тащил меня вперед. Красный вовсю сияет. Перпендикулярный поток транспорта — а там несколько рядов — еще недвижим, водители посылают рукоятки вперед и плавно отпускают сцепление. Первым справа ко мне стоял автобус. Водитель видит, что я лечу во весь опор, и потому не трогается. Но за автобусом стоял огромный грузовик. Автобус закрывал ему обзор, и шоферу было невдомек, что какой-то идиот гонит на красный.
Я очнулся в реанимации через шесть дней после события. Что и как произошло, не помню. Потеря памяти. Только помню, как выплывает грузовик из-за автобуса. После — провал.
Теперь представьте. В огромном городе я встречаю человека, о существовании которого забыл. И если бы не встретил, не вспомнил бы никогда. Он появляется из небытия на несколько мгновений, произносит слово «разбился» и исчезает. Мы не обменялись ни телефонами, ни адресами. Я не знаю, где он живет, чем занимается, и я не могу вспомнить фамилию. Возникает ощущение, что он исполнял поручение. Нес сообщение. Вручил мне телеграмму, которую я не прочитал. Через десять минут бампер грузовика погрузился в тело моего автомобиля, как нож в масло.
Я лежал и думал: что происходит и где мы живем? И ничего не мог придумать. Хотя, пожалуй, мог бы, но мне страшно».
1.jpg
1.jpg (185.48 КБ) Просмотров: 1730

Сегодня познакомимся еще с одним признаком нарушения системы самосохранения.
Этот разряд признаков относится к дефектам конфигурации трех первостепенных линий.
Взгляните на рис. 1—2.
Нас интересует линия 14.
Это складка большого пальца, или тенарная линия, а по традиции ее называют линией Жизни.
Каждая первостепенная линия (линии Сердца, Головы и Жизни) имеет некую норму по размеру, положению и конфигурации.
На рис. 1—2 дана норма по положению и конфигурации линии Жизни.
Главное, что следует знать: линия не имеет права на резкие изменения своего течения, на образование углов, выступов, петель и т.п.
Такие неправильности конфигурации причислены к нарушениям системы самосохранения.
Посмотрите, как выглядит внешний угол, или иначе — выступ на линии Жизни нашего героя (рис. 3—4).
Признак не отвечает за то или иное конкретное событие, а выражает хроническую дисфункцию системы безопасности.
Сам по себе, без дополнительных признаков, выступ на линии тенара свидетельствует о легких нарушениях, которые могут приводить к восстановимым телесным повреждениям.
При появлении других неблагоприятных знаков владелец угла рискует оказаться в весьма опасной для жизни ситуации.
Тем, кто обнаружил на своих линиях подобный рисунок, можно предложить соблюдать стереотип безопасного поведения и особенно вождения.
И внимательно читать «телеграммы», которые наше бессознательное иногда посылает нашему сознанию, если последнее начинает «зарываться».
Впрочем, выбор остается за нами. Рука ни к чему не принуждает.

В.Финогеев
Все вокруг нас и в нас - работа энергий. Энергии образуют все и все, в конечном итоге переходит в энергию.
АРОН
Автор темы
Аватара
Репутация: 11
Сообщения: 762
Темы: 122
Зарегистрирован: 21.08.2014
С нами: 4 года 10 месяцев

#6 АРОН » 27.05.2015, 19:00

Целесообразный дрейф.

«4 августа 2000 года. Пятница. Едем на Пушкинскую за путевками в одно турагентство. Все было готово, кроме билетов. Пришлось подождать несколько часов. Прошлись по округе. По улочкам близлежащим, по Тверскому бульвару, посидели на лавочках. Потом спустились в переход возле «Армении». Брели в гуще народа от киоска к киоску. Проследовали по длинному тоннелю к противоположной стороне. Вышли наверх, миновали «Макдоналдс», добрались до турагентства, получили наконец билеты.
В субботу отбыли в Ригу, а там далее в «Яункемери» на побережье. Бывший санаторий ЦК. Вместе с былой славой время съело немного штукатурки на стенах, обшарпало асфальт на дорожках. Из России русских мало. Много русских из Израиля, говорящих по-латышски. Это пенсионеры. Большинству глубоко за семьдесят. Они едут от жары в прохладу и прошлое. И то и другое скоро надоедает.
9 августа. Среда. Едем в Ригу. Нам говорят, в Москве — взрыв. В ближайшем киоске покупаем русскую газету, кажется, «Вести». Взрыв на Пушкинской площади. Жжет сердце. Мы только что там были. Кажется, только что плыли с безмятежной толпой.
В подавленном настроении идем в «Центрум», большой универмаг на границе старого города. Еще довоенной постройки. Теперь принадлежит норвежцам. Часа два провели там. Я так и ходил, зажав газету в руке. Газету со взрывом.
17 августа. Четверг. Едем в Ригу последний раз перед отъездом. В основном купить сувениры и подарки. Планировали отправиться в «Центрум». Садимся на маршрутку, но доезжаем не до конца, а сходим пораньше: решили немного пройтись по мелким магазинчикам и уж потом — в «Центрум».
У меня с утра болела голова. Принял одну процедуру по вытягиванию шеи. Привязывают за челюсти, погружают в бассейн, и плаваешь себе, вытягиваешься. Шее хорошо, голове — не очень. Разболелся затылок — молотком колотит. Передвигаюсь медленно, осторожно: от резких движений боль переходит на кувалду.
Вылезаем из маршрутки, заворачиваем за угол, и — как взрыв. Архитектурный. Церковь. Храм православный. Огромный. Жена с сыном захотели зайти. В иное время и я бы пошел, но вход приподнят, до него ступенек пятнадцать. Подумал: не одолею. Голова.
Они пошли. Их не было полчаса. Появились, спускаются. Рассказывают: храм великолепен. Только перед вторым входом висит огромная икона Спасителя. Под ней нищий. Выставил ноги, а они сине-красные, в язвах, кровью сочатся. Смотреть — сердце не терпит. Очень все это неприятно, тяжело. Кровь, обезображенные ноги. Как на Пушкинской. Страшно. Света, супруга, говорит: мол, ну что, в «Центрум» пойдем? И мы: вроде, мол, да, да, надо идти. Вместо этого поворачиваем в другую сторону и начинаем бесцельно бродить по каким-то улочкам, мелким лавчонкам. И шагаем, и шагаем без конца. Купить — ничего не покупаем. Все не то. «Да нет, надо в «Центрум» идти, — говорит жена, — ничего тут нет. Пойдем?» — «Пойдем». Но тут ее внимание привлекает какой-то магазинчик, и опять движемся не туда. Я скован, дрейфую, как в полудреме, голова болит, смотрю, как ноги переставляются, иду и думаю: чего мы здесь делаем, чего слоняемся? Зачем? Чувствую, устал, прямо сел бы на тротуар. Надо же наконец в «Центрум» идти. Но нет, влачемся куда-то, как течем вместе с пространством, оно засасывает, затягивает, повернуть нет сил.
Посмотрел на часы — полседьмого уже. «Ну хватит, пошли в «Центрум». Повернули наконец. Теперь дорогу не можем найти. Спрашиваем какую-то женщину. Она остановилась и так резко вдруг говорит: «Зачем вам туда?» Мы переглянулись. Про себя думаю: опять эти прибалтийские штучки. Она продолжает: «Там два взрыва уже было. Ждут третьего». И пошла. Мы окаменели. Стоим, не знаем, что делать. И прозреваем: вот оно что. Будто сила какая нам не давала туда попасть. Думали — мешала. А она отводила».
1.jpg
1.jpg (118.65 КБ) Просмотров: 1728

Незначительное нарушение непрерывности и конфигурации линии Жизни (красный) прикрывается главной вертикалью (синий) — линией Судьбы.
Одна из интерпретаций: судьба уводит от опасностей.

В.Финогеев
Все вокруг нас и в нас - работа энергий. Энергии образуют все и все, в конечном итоге переходит в энергию.
АРОН
Автор темы
Аватара
Репутация: 11
Сообщения: 762
Темы: 122
Зарегистрирован: 21.08.2014
С нами: 4 года 10 месяцев

#7 АРОН » 03.07.2015, 13:35

Дающие свет.

Хотя есть много сведений, что край жизни не является концом, толком никто ничего не знает.

Вопрос долгожительства скрыт до поры. Но чем ближе край жизни, тем чаще он приходит на ум. А нельзя ли продлить жизнь? И хотя есть много сведений, что край не является концом, толком никто ничего не знает. Отсюда возникает, как предупреждал Шекспир, «боязнь страны, откуда ни один не возвращался». Боязнь есть. Поэтому после первого вопроса: «нельзя ли еще немного потянуть?» — возникает другой: «как?». Чтобы прояснить причины долгожительства, надо изучать тех, кто живет долго, — самих долгожителей. Что мы и пытаемся делать.
Мы стараемся узнать о жизни таких людей как можно больше: чем они занимались, как работали, о чем думали, что с ними происходило, наконец, что они ели и пили. Идея получить рецепт какого-то снадобья, продлевающего жизнь, очень привлекательна. Например, Мечников Илья Ильич, биолог, лауреат Нобелевской премии и основатель научной геронтологии, советовал: «Счастье в сыворотке болгарской. Она поддерживает правильное пищеварение, убивает вредные микробы, и человек живет долго». А вдруг? Вдруг сработает? Правда, если сыворотку достать не удастся, расстраиваться не надо. Из семидесяти долгожителей, которых мы обследовали, никто сыворотку не пил. То есть причины долголетия все-таки в чем-то ином, и сейчас они нам не ясны. Зато о признаках долгой жизни — по крайней мере о тех, что проявляются на руках, — кое-что определенное сказать можно. Сегодня представляем Тамару Васильевну Мыслевскую, ладони которой могут рассказать много интересного. Вот ее история.
«Я родилась 29 июля 1925 года в Москве, в Бауманском районе, Бауманский переулок, 12. Рядом с нами, в доме 10, жил митрополит Николай Крутицкий. Живет ли он там сейчас — не знаю. Мама — Хованская Клавдия Платоновна, родилась в Москве в 1901 году, умерла в 1996 году. Мама происходила из рода князей Хованских. Она мне показывала специальную грамоту, где все было написано. Но на эту тему, конечно, приходилось молчать. У нее удивительная судьба. Родилась при царе, была свидетелем свержения самодержавия, страшного перехода от монархии к коммунизму, наконец, застала крушение советской системы. Не менее удивительно, что, будучи княжной, мама работала секретарем партийной организации на электроламповом заводе. Папа, Василий Алексеевич Кокурин, умер очень рано, я его не помню. Не могу сказать, когда родился, чем занимался, когда умер. Я была маленькая, а мама ничего не рассказывала. Я ходила в 345-ю школу, расположенную недалеко от Елоховского собора. Отучилась восемь классов, поступила в техникум, получила специальность монтажницы. Войну помню. Мне было пятнадцать. «Зажигалки» тушили. На крыше дежурили, там была специальная комнатка, где мы спали. После окончания техникума, в 16 лет, пошла работать на электроламповый завод...» — «Как же вас взяли до совершеннолетия?» — «Приняли благодаря маме, она взяла меня к себе. Делали электрические лампочки. У нас была газовая горелка, брали стекло, нагревали, вытягивали, формировали штырек, в него вставляли пять электродов, наматывали на них спираль. Считалось, вредное производство. Нам каждый день выдавали пакет молока. Я проработала на этой операции 34 года, на пенсию ушла в 50 лет. По вредности пенсию на пять лет раньше давали».
— «Тамара Васильевна, сколько же лампочек вы сделали?» — «Не знаю. Много». — «Когда вы вышли замуж?» — «В 1948 году, мне было 23 года. Он был следователем, работал на Петровке». — «Где же вы с ним познакомились?» — «В Центральном парке культуры и отдыха. Мы гуляли с девчонками, а они там дежурили, следили за общественным порядком. Я была полненькая, волосы русые, хорошенькая, он в меня влюбился. Он был высокий, солидный, волосы черные. Его звали Алексей Трофимович Мыслевский. Родом с Кубани, станица Кореновская. Он был в звании майора». — «Так он был вас старше?» — «На десять лет. Стал приглашать на свидания. Но гуляли недолго — быстро поженились». — «Где стали жить?» — «У нас на Бауманской. Комнатка была небольшая, 11 метров, но жили хорошо». — «То есть у мужа с вашей мамой были хорошие отношения?» — «Очень хорошие. Мы долго там жили. Дети там родились — двое сыновей, старший Анатолий, младший Сергей. Дети росли, стало тесновато, и я написала письмо Виктору Васильевичу Гришину, секретарю Московского городского комитета КПСС. Нас вызвали в горком, дали трехкомнатную квартиру в Измайлово. Прожили с мужем 43 года. После выхода на пенсию я стала с ним везде ездить. Пошлют его куда — он меня с собой берет. Одну не оставлял. Был очень ревнивый. Они на Кубани все такие. В конце заболел сахарным диабетом. Почему — непонятно: не пил, не курил, полным не был. Нога по колено посинела. Врачи сказали, надо ногу убирать. Я просила не делать операцию, отвечали, что, если не сделать, умрет. Провели операцию, часть ноги отняли. Через три дня умер».
— «Как вы думаете, что нужно, чтобы прожить долго?» Тамара Васильевна задумалась. Посмотрела в сторону. Наконец сказала: «Нет, не знаю, что нужно. Я очень спокойный человек, не скандалю, всем довольна. У меня давление 120/80, все удивляются. В жизни никогда ничем не болела». — «У вас в жизни были опасные ситуации?» — «Нет, не было». — «Ушибы, переломы?» — «Нет». — «Мясо ели или вы вегетарианка?» — «Мясо ели. Всё ели. Поехала с мужем на Кубань после свадьбы, научилась там делать вареники с творогом, вишней, пельмени с картошкой. Раньше я этого не знала». — «Вы занимались спортом?» — «Нет». — «Были какие-то увлечения?» — «Ходила заниматься танцами в кружок на Спартаковскую, там был Дворец пионеров. После работы летела туда. Мне нравилось. Я очень чувствовала музыку и движение. Долго ходила. Также любила читать. И сейчас люблю. Но читаю в основном газеты». — «Что пожелаете молодежи?» — «Долголетия, любви. Женатым — семейного счастья, здоровья».
1.jpg
1.jpg (156.95 КБ) Просмотров: 1708
2.jpg
2.jpg (157.14 КБ) Просмотров: 1708

Считается, что линия жизни должна иметь полукруглую форму и заворачивать внизу за основание большого пальца. Однако традиция утверждает, что лучшим для долгожительства является линия жизни, которая идет прямо к основанию ладони. Такую линию вы можете видеть на левой руке нашей героини (рис. 2, линия жизни — зеленый). С такой линией можно прожить до ста лет. Еще один любопытный и, возможно, полезный для нас значок — звездное образование под указательным пальцем (рис. 2, красный). Традиция толкует его как долгий и обычно счастливый брак.

03.07.2015 / Владимир Финогеев 7 Дней
Все вокруг нас и в нас - работа энергий. Энергии образуют все и все, в конечном итоге переходит в энергию.
АРОН
Автор темы
Аватара
Репутация: 11
Сообщения: 762
Темы: 122
Зарегистрирован: 21.08.2014
С нами: 4 года 10 месяцев


Вернуться в Линия Жизни и ее вариации.

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 1 гость